Многозадачность вредит работе, выяснили ученые
14.01.2026
«Многозадачность» — слово, которое сильнее всего раздражает россиян в описаниях вакансий. Требуя заниматься сразу множеством дел, компании ускоряют выгорание сотрудников. Зачем они это делают?
Самым раздражающим словом в описании вакансий стала «многозадачность», выяснил в июне опрос, проведенный SuperJob. Респонденты пояснили: если работодатель упомянул это слово, значит, работать придется за троих. «Из тебя хотят сделать человека-оркестр с выполнением чужих служебных обязанностей, но зарплата будет расти у всех, кроме тебя», — делятся они своим пониманием термина.
Модное словечко критикуют и на Западе: психологи пишут, что требование одновременно заниматься несколькими делами снижает эффективность труда. По-настоящему хорошо каждый из нас способен заниматься в конкретный момент только тем, в чем действительно силен.
Проклятие многостаночника
Многозадачность прочно вошла в корпоративный лексикон по всему миру. В России есть своя причина к ней стремиться: дефицит кадров все чаще заставляет компании вслед за пушкинским попом искать «повара, конюха и плотника» в одном лице. Вот только выгода, которую работодатели хотят получить, грозит обернуться серьезными потерями и для них, и для искомых многостаночников. И они это чувствуют: столь желанная характеристика сегодня вызывает отторжение у 15% россиян. Прежний лидер — «стрессоустойчивость» — уступил первенство: вакансии, где она упомянута, пролистывают 11% кандидатов, а хрестоматийный «дружный коллектив» пугает каждого десятого. Даже «конкурентная зарплата» без указания конкретной суммы заняла скромное четвертое место (9%).
Впервые термин «многозадачность» появился в американском журнале Datamation в 1966 году и к эффективности сотрудников отношения не имел. Автор статьи, описывая операционную систему IBM 360, восторженно рассказывал, что компьютер теперь может выполнять несколько задач одновременно. Уже тогда определение было небезупречно: просто в очереди на обработку одновременно находится несколько задач, а поскольку процессор переключается с одной на другую очень часто и очень быстро, возникает иллюзия, что задачи выполняются параллельно. Однако слово прижилось, и в 1980-е годы о многозадачности заговорили уже в контексте деятельности человека. Навык делать несколько дел одновременно понемногу начали вменять в обязанность обычным сотрудникам, и в 2010-х требование многозадачности пришло и в Россию.
Любопытно, что некоторые публицисты сразу предупредили, что человеческий мозг не предназначен для одновременного выполнения нескольких сложных задач или принятия нескольких осознанных решений. «Мы можем одновременно шагать и жевать жвачку — ничего больше», — утверждал в книге «Почему мы ошибаемся» американский популяризатор науки, лауреат Пулицеровской премии Джозеф Халлинан. По его мнению, способность человека к одновременной обработке нескольких задач — одно из самых больших заблуждений. «Нам кажется, что мы одновременно сфокусированы на нескольких видах деятельности, а на самом деле наше внимание просто разрывается между разными задачами», — констатирует он. Увы, мы не можем полноценно разделить внимание даже между двумя видами деятельности. Максимум реальной многозадачности — петь, аккомпанируя себе на гитаре, и тому подобное. Да и тогда одно из параллельных дел должно быть доведено до такой степени автоматизма, что вы над ним и не задумываетесь.
